Игровой клуб "Табу"

Объявление


• Приём женских персонажей временно приостановлен.
• Связь с администрацией: Мол, до 18.00 пмск ЛС, с 18.00 ICQ 425371922.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Игровой клуб "Табу" » Картотека » Курт


Курт

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

I. Карточка игрока

1. Ник
Курт

2. Предпочитаемые жанры
- Детектив.
- Научная фантастика.
- Готика.
- Драма.
- Фэнтези (городское, историческое, героическое, альтернативные миры);
- Мистика.
- Ужасы.
- Постапокалипсис .
- Киберпанк.
- Эротика.
- Реальная жизнь.
В общем-то готов поддержать любые самые смелые идеи.

3. Предпочитаемый рейтинг, ориентация
Бисексуал. Пассив.
Рейтинг предпочтителен высокий.
С женщинами только флирт и петтинг. Всегда обходителен и обольстителен с представительницами прекрасного пола.
В отношениях с мужчинами в сексуальном плане пассив.

4. Как часто планируете появляться?
Часто

5. Связь

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.


6. Дополнительно
Терпелив, как удав.

II. Анкета персонажа
С логина планируется не один персонаж.

III. Пробный пост

Тема: петтинг

«Я ненавидел тебя настолько же сильно насколько и желал. И это было обоюдно. Иногда, наедине близости с тобой позволял себе мысль, что я смертоносный стервятник, жадно и голодно пожирающий твою нежную плоть, умалчивая в минуты молчаливого откровения, о причудливых изысков моего разума. Пленительная дерзкая и чувственная линия пухлых губ, строптивый тонкий нос, шёлковая кожа груди. Длинные изящные ноги, как Эйфелева башня. Твой талант просвечивал даже через сетку чулок и откровенных вырезов лифа корсета. Мы были друг другу любовниками обоюдно утоляющие голод страсти плоти, жестокими оппонентами, стремящимися распять друг друга блеском своего величия и таланта, одинокими красивыми зверьми с дорогой шкурой и дикими сердцами, не доверяющие человеческой ласке.Блистательная бриллиантовая звезда парижского кабаре «Мулен Руж» - Малена».
В последний раз они встретились поздней зимой, в Париже, бульвар Клиши. Курт давал в городе любви своё заключительное выступление. Таинственный и загадочный фокусник. Юное дарование мира волшебных иллюзий и больших денег. Даже за волшебство в этом жизни нужно было платить. Перед тем, как посетить её обитель, что была для неё танцевальным храмом феерии и всеобщего обожания, заглянул к знакомому мяснику, заказав набор элитных и профессиональных ножей. Готовила она к слову отвратительно, но старалась, хоть и тщательно скрывала за подгорелой едой и остротами, что отпускала за бутылкой красного полу - сладкого. Даже в такие моменты эта женщина была чертовски обаятельна и желанна, и каждый раз, когда фокусник слышал её имя в последующем, вспоминал не образ, лицо, темноту волос, а соблазнительное гибкое тело, отчего внутри всё скручивало тугими узлами возбуждения.
Весь вечер Малена трепетно ждала и одновременно яростно злилась на себя за это нетерпеливое ожидание. Как можно быть настолько зависимой и жалкой в своем ненасытном обожании и ненависти? Снова и снова поражалась сама себе и раз за разом понимала, что оказывается можно. Только сегодня, зал шумного и праздного кабаре был абсолютно пуст и безмолвен. Аккуратно потянув за нужные нити, умело приласкав нужные руки и, облизав сверкающий блеск дорогих лакированных туфель, она добилась, почти невозможного, а именно тишины в красной мельнице. По её представлениям, Курт был полной противоположностью этому городу, ставший для неё сбывшейся мечтой. Скрытный, по-изощрённому элегантный, жестокий, обольстительно красивый в своей юности, со взглядом, притаившегося зверя. Всё то время, что было отдано совместному времени препровождению, она никогда не чувствовала себя рядом с ним в безопасности, но непременно особенной, желанной, иной, будто молодой человек непонятным для неё способом раскрывал её истинное лицо и скрытые желания. Точно сам Дьявол. Вот и сейчас, застёгивая лишь на пару пуговиц удлинённый чёрный пиджак, гадала, что он сделает на этот раз и тело приятно покалывало. Закрепив тонкую сетку чёрных чулок, обула танцевальные сатиновые чёрные туфли в тон с маленькой застёжкой из мерцающих камней горного хрусталя. Сцена ждала. Поправив лёгким движением руки, локоны волос, нанесла последний штрих, овеяв свой образ приятным ароматом итальянских духов. Ровный игривый стук каблуков вместо объявления номера. Приглушённые софиты, вместо аплодисментов. Мистическая, как ночь, женская красота властвовала на сцене «Мулен Руж». Малена заметила его сразу, как неизбежность, встав посередине сцены около стула, обитого красным бархатом, коснувшись рукой спинки. Чёрный костюм, рубашка и галстук цвета светлого мрамора, а в руках небольшая прямоугольная коробка – футляр. Интрига. Скинув пальто, парень сложил его на одно из первых мест в первом рядку. Коробку оставил лежать рядом с пальто.
- Ты опоздал, - подобное отношение воспринималось оскорбительно, что выказывал нарочито недовольный тон брюнетки, за которым скрывался час томительного ожидания.
- Танцуй, - перебив, скользнул долгим оценивающим взглядом, будто водил кистью по холсту, вырисовывая цветы, расцветающие внутри неё красочными пионами, что источали сладкий аромат вожделения.
- Ты должна мне танец, - напомнил, полностью завладевая вниманием.
- Ты должен мне долгую и счастливую жизнь, - заиграла музыка, вливаясь в разговор, как пролитый бокал вина.
- Ладно, может не долгую, но счастливую, - тут же оговорилась, двигаясь в такт музыки, грациозно и маняще.
Поднявшись на сцену, неспешно приблизился и улыбнулся краем губ, проговорив в пол - голоса:
- Ты знаешь. Я держу слово, - встав за спиной, уложил ладони на её плечи и сжал, мягко прорычав около шеи, вдыхая новый аромат, который менялся каждую их встречу.
В глазах Малены тут же заискрилось удовольствие, и пробежали мурашки по коже. Поведя ладонью вверх, сминая ткань пиджака, коснулся мягкой кожи шеи и огладил изгиб. Склонив голову на бок, ещё больше открывая шею, танцовщица прижалась спиной к чужой груди, а на губах обрисовалась лукавая улыбка.
- Снова играешь в Дьявола? – слова потонули в тяжёлом выдохе, когда рука Курта сомкнулась на шее, а губы коснулись края уха. Второй рукой фокусник отогнул край пиджака и огладил упругое бедро, лаская.
- Только играю? – переместив руку, приобнял за подбородок, придерживая, и большим пальцем коснулся нижней губы, надавив. Не отрывая взгляда, повернул за подбородок в пол-оборота к себе лицом и накрыл губы неторопливым поцелуем, одновременно скользнув другой рукой между сомкнутых ног, касаясь пальцами внутренней стороны бедра, ощущая тонкую сетку чулок и тепло соблазнительного тела. Каждое прикосновение было, как испытание. Напряжение. Постепенно, поцелуй из чувственного переходил в более напористый. Впитывая жар и вожделение женского тела, властно перехватил рукой поперёк и крепко обнял за талию, вплотную прижал к себе. С мягких влажных губ танцовщицы сорвался резкий вздох. Не выпуская из рук женщину, ведя в этой игре, парень развернул её к себе лицом и присел на стул, усаживая на свои колени, как на роскошный трон его величества Дьявола, которым та в свою очередь так часто его именовала. Оголив плечи, спустил её пиджак до локтей, будто снимал доспех уверенности и обманчивой податливости, а затем провёл ладонями вдоль спины, очерчивая изгиб, надавливая, побуждая прогнуться на встречу, теснее прижимаясь, так, чтобы ощутила его нескрываемую заинтересованность и возбуждение. В свою очередь Малена не была безвольной куклой и пускала в ход всё своё очарование. Её руки оглаживали поверх одежды, сминая пальцами ткань рубашки, а тело изгибалось под музыку. Приподняв ногу, носок туфли скользнул вверх вдоль ноги Курта, а карминовые губы дарили пьянящий глубокий поцелуй. В крови циркулировал жар адреналина и откровенного желания.
- Ты очень вкусно пахнешь, - низкий хриплым голосом в губы и словно в подтверждении, склонил голову на бок, придерживая руками за спину, провёл языком по горлу, слизывая тонкий цветочный аромат и сладкий привкус кожи.
- Ты будешь счастлива, Малена, - Курт коснулся губами основания изгиба шеи, дразня тёплым дыханием и кратким укусом-поцелуем.
- Но не со мной, и без меня, - последнее касание к ароматной коже, волнующей фантазиями о далёкой пылкой Италии и горячем сексуальном теле Малены.
- Наше время вышло, - выпустив возбуждённую девушку из своих объятий, будто в вольное плавание, оставил прощальный краткий след поцелуя около уголка губ. Привстав, осторожно снял её со своих колен и спустился со сцены, забрав свой плащ.
Может, это виновата атмосфера кабаре или так сложились звёзды, но что-то перевернулось в его голове. Он с трудом мог отвести взгляд от девушки, которую совсем не любил, а только удовлетворял обоюдную похоть, угождая собственному эгоизму. В этот, кажущийся каким-то наигранным и неправильным момент, среди фееричных декораций, ему почудилось с последним поцелуем, что он почувствовал что-то, что возможно мог бы назвать любовь, но потом тут же отогнал подобные мысли, осознав, что это всего лишь красивая ложь, волшебство момента, ничего более. Подобно королеве - вдове, женщина села на импровизированный трон из красного бархата, провожая юношу лукавой улыбкой карминовых губ.
- Прощай,- развернувшись в сторону выхода, оставил девушку наедине, в приглушённых софитах «Мулен Руж», отправляясь на свидание с самолётом, что по иронии судьбы унесёт его в солнечную Италию.
Всю ночь в Париже шёл снег. В коробке безмолвно лежал «букет» острых ножей, туго обвязанных алой лентой. Малена танцевала так, как никогда в своей жизни. Отчаянно красиво, как пламя ненависти, сжигающее её изнутри.

Вы приняты, добро пожаловать. Мол

0

2

Пробный пост


«Я ненавидел тебя настолько же сильно насколько и желал. И это было обоюдно. Иногда, наедине близости с тобой позволял себе мысль, что я смертоносный стервятник, жадно и голодно пожирающий твою нежную плоть, умалчивая в минуты молчаливого откровения, о причудливых изысков моего разума. Пленительная дерзкая и чувственная линия пухлых губ, строптивый тонкий нос, шёлковая кожа груди. Длинные изящные ноги, как Эйфелева башня. Твой талант просвечивал даже через сетку чулок и откровенных вырезов лифа корсета. Мы были друг другу любовниками обоюдно утоляющие голод страсти плоти, жестокими оппонентами, стремящимися распять друг друга блеском своего величия и таланта, одинокими красивыми зверьми с дорогой шкурой и дикими сердцами, не доверяющие человеческой ласке.Блистательная бриллиантовая звезда парижского кабаре «Мулен Руж» - Малена».

В последний раз они встретились поздней зимой, в Париже, бульвар Клиши. Курт давал в городе любви своё заключительное выступление. Таинственный и загадочный фокусник. Юное дарование мира волшебных иллюзий и больших денег. Даже за волшебство в этом жизни нужно было платить. Перед тем, как посетить её обитель, что была для неё танцевальным храмом феерии и всеобщего обожания, заглянул к знакомому мяснику, заказав набор элитных и профессиональных ножей. Готовила она к слову отвратительно, но старалась, хоть и тщательно скрывала за подгорелой едой и остротами, что отпускала за бутылкой красного полу - сладкого. Даже в такие моменты эта женщина была чертовски обаятельна и желанна, и каждый раз, когда фокусник слышал её имя в последующем, вспоминал не образ, лицо, темноту волос, а соблазнительное гибкое тело, отчего внутри всё скручивало тугими узлами возбуждения.
Весь вечер Малена трепетно ждала и одновременно яростно злилась на себя за это нетерпеливое ожидание. Как можно быть настолько зависимой и жалкой в своем ненасытном обожании и ненависти? Снова и снова поражалась сама себе и раз за разом понимала, что оказывается можно. Только сегодня, зал шумного и праздного кабаре был абсолютно пуст и безмолвен. Аккуратно потянув за нужные нити, умело приласкав нужные руки и, облизав сверкающий блеск дорогих лакированных туфель, она добилась, почти невозможного, а именно тишины в красной мельнице. По её представлениям, Курт был полной противоположностью этому городу, ставший для неё сбывшейся мечтой. Скрытный, по-изощрённому элегантный, жестокий, обольстительно красивый в своей юности, со взглядом, притаившегося зверя. Всё то время, что было отдано совместному времени препровождению, она никогда не чувствовала себя рядом с ним в безопасности, но непременно особенной, желанной, иной, будто молодой человек непонятным для неё способом раскрывал её истинное лицо и скрытые желания. Точно сам Дьявол. Вот и сейчас, застёгивая лишь на пару пуговиц удлинённый чёрный пиджак, гадала, что он сделает на этот раз и тело приятно покалывало. Закрепив тонкую сетку чёрных чулок, обула танцевальные сатиновые чёрные туфли в тон с маленькой застёжкой из мерцающих камней горного хрусталя. Сцена ждала. Поправив лёгким движением руки, локоны волос, нанесла последний штрих, овеяв свой образ приятным ароматом итальянских духов. Ровный игривый стук каблуков вместо объявления номера. Приглушённые софиты, вместо аплодисментов. Мистическая, как ночь, женская красота властвовала на сцене «Мулен Руж». Малена заметила его сразу, как неизбежность, встав посередине сцены около стула, обитого красным бархатом, коснувшись рукой спинки. Чёрный костюм, рубашка и галстук цвета светлого мрамора, а в руках небольшая прямоугольная коробка – футляр. Интрига. Скинув пальто, парень сложил его на одно из первых мест в первом рядку. Коробку оставил лежать рядом с пальто.
- Ты опоздал, - подобное отношение воспринималось оскорбительно, что выказывал нарочито недовольный тон брюнетки, за которым скрывался час томительного ожидания.
- Танцуй, - перебив, скользнул долгим оценивающим взглядом, будто водил кистью по холсту, вырисовывая цветы, расцветающие внутри неё красочными пионами, что источали сладкий аромат вожделения.
- Ты должна мне танец, - напомнил, полностью завладевая вниманием.
- Ты должен мне долгую и счастливую жизнь, - заиграла музыка, вливаясь в разговор, как пролитый бокал вина.
- Ладно, может не долгую, но счастливую, - тут же оговорилась, двигаясь в такт музыки, грациозно и маняще.
Поднявшись на сцену, неспешно приблизился и улыбнулся краем губ, проговорив в пол - голоса:
- Ты знаешь. Я держу слово, - встав за спиной, уложил ладони на её плечи и сжал, мягко прорычав около шеи, вдыхая новый аромат, который менялся каждую их встречу.
В глазах Малены тут же заискрилось удовольствие, и пробежали мурашки по коже. Поведя ладонью вверх, сминая ткань пиджака, коснулся мягкой кожи шеи и огладил изгиб. Склонив голову на бок, ещё больше открывая шею, танцовщица прижалась спиной к чужой груди, а на губах обрисовалась лукавая улыбка.
- Снова играешь в Дьявола? – слова потонули в тяжёлом выдохе, когда рука Курта сомкнулась на шее, а губы коснулись края уха. Второй рукой фокусник отогнул край пиджака и огладил упругое бедро, лаская.
- Только играю? – переместив руку, приобнял за подбородок, придерживая, и большим пальцем коснулся нижней губы, надавив. Не отрывая взгляда, повернул за подбородок в пол-оборота к себе лицом и накрыл губы неторопливым поцелуем, одновременно скользнув другой рукой между сомкнутых ног, касаясь пальцами внутренней стороны бедра, ощущая тонкую сетку чулок и тепло соблазнительного тела. Каждое прикосновение было, как испытание. Напряжение. Постепенно, поцелуй из чувственного переходил в более напористый. Впитывая жар и вожделение женского тела, властно перехватил рукой поперёк и крепко обнял за талию, вплотную прижал к себе. С мягких влажных губ танцовщицы сорвался резкий вздох. Не выпуская из рук женщину, ведя в этой игре, парень развернул её к себе лицом и присел на стул, усаживая на свои колени, как на роскошный трон его величества Дьявола, которым та в свою очередь так часто его именовала. Оголив плечи, спустил её пиджак до локтей, будто снимал доспех уверенности и обманчивой податливости, а затем провёл ладонями вдоль спины, очерчивая изгиб, надавливая, побуждая прогнуться на встречу, теснее прижимаясь, так, чтобы ощутила его нескрываемую заинтересованность и возбуждение. В свою очередь Малена не была безвольной куклой и пускала в ход всё своё очарование. Её руки оглаживали поверх одежды, сминая пальцами ткань рубашки, а тело изгибалось под музыку. Приподняв ногу, носок туфли скользнул вверх вдоль ноги Курта, а карминовые губы дарили пьянящий глубокий поцелуй. В крови циркулировал жар адреналина и откровенного желания.
- Ты очень вкусно пахнешь, - низкий хриплым голосом в губы и словно в подтверждении, склонил голову на бок, придерживая руками за спину, провёл языком по горлу, слизывая тонкий цветочный аромат и сладкий привкус кожи.
- Ты будешь счастлива, Малена, - Курт коснулся губами основания изгиба шеи, дразня тёплым дыханием и кратким укусом-поцелуем.
- Но не со мной, и без меня, - последнее касание к ароматной коже, волнующей фантазиями о далёкой пылкой Италии и горячем сексуальном теле Малены.
- Наше время вышло, - выпустив возбуждённую девушку из своих объятий, будто в вольное плавание, оставил прощальный краткий след поцелуя около уголка губ. Привстав, осторожно снял её со своих колен и спустился со сцены, забрав свой плащ.
Может, это виновата атмосфера кабаре или так сложились звёзды, но что-то перевернулось в его голове. Он с трудом мог отвести взгляд от девушки, которую совсем не любил, а только удовлетворял обоюдную похоть, угождая собственному эгоизму. В этот, кажущийся каким-то наигранным и неправильным момент, среди фееричных декораций, ему почудилось с последним поцелуем, что он почувствовал что-то, что возможно мог бы назвать любовь, но потом тут же отогнал подобные мысли, осознав, что это всего лишь красивая ложь, волшебство момента, ничего более. Подобно королеве - вдове, женщина села на импровизированный трон из красного бархата, провожая юношу лукавой улыбкой карминовых губ.
- Прощай,- развернувшись в сторону выхода, оставил девушку наедине, в приглушённых софитах «Мулен Руж», отправляясь на свидание с самолётом, что по иронии судьбы унесёт его в солнечную Италию.
Всю ночь в Париже шёл снег. В коробке безмолвно лежал «букет» острых ножей, туго обвязанных алой лентой. Малена танцевала так, как никогда в своей жизни. Отчаянно красиво, как пламя ненависти, сжигающее её изнутри.

Отредактировано Курт (05.12.2015 00:54:36)

+2


Вы здесь » Игровой клуб "Табу" » Картотека » Курт